Игры в фашизм по-балкански-1.3
окончание. Начало здесь
От ненависти до геноцида полшага
До войны Югославия была беднейшей страной Европы. Экономика носила в основном аграрный характер, в ней отсутствовала тяжелая промышленность и даже единая транспортная сеть. Из 15,6 млн. населения 11,5 млн. составляли крестьяне, рабочих вместе с ремесленниками насчитывалось до 1 млн., из них промышленных рабочих было лишь 400 тыс. человек. Один из сербских историков Милорад Экмечич, характеризуя сербское общество в перовой половине XX в., говорил: «Как трудно было сказать, где кончается сельская тропа и начинается городская улица, так же мало кто мог определить, где проходит граница между крестьянином и жителем города». Впрочем, размытость границ между деревней и городом сохранялась до самых 90-х. Сербия того времени была самым патриархальным уголком Европы, как выразился один русский корреспондент: «настоящим мужицким царством». Классовая структура Сербии была чрезвычайно гомогенна — 87% населения составляли мелкие и средние крестьяне, а крупной буржуазии как экономической силы практически не было.
Грозные Балканы пали под натиском немецко-итальянских войск всего за полторы недели. В первую очередь по причине массового коллаборационизма нацменьшинств, для которых серб был страшнейший враг и оккупант, в то время как немецко-итальянский фашист — друг, брат и освободитель. После безоговорочной капитуляции Югославии для сербов настали не лучшие из времен. Выбравшиеся из-под их карательной пяты хорваты, получив власть и силу, воспользовались ею с полной самоотдачей: сербам припомнилось все. И «начертания», и убийство Франца Фердинанда, и расстрел парламента, и изнасилованный труп королевы Драги, и, конечно же, несуществующая нация.
Хорваты с головой сербского священника
Радикальное хорватское меньшинство в лице усташей принялось за то, чему за столетия проживания в горах было обучено в совершенстве — к отрезанию голов, и уже отнюдь не баранам. Начался настоящий геноцид, а осколки былой дружбы послужили отличным материалом для строительства концлагерей (например, Ясиновац). Сербы на Балканах примерили на себя роль немецких евреев. Банды усташей врывались в сербские села и вытворяли зверства, вводившие в оторопь даже немецко-итальянских фашистов. Глубоким отражением этого культурного шока стало письмо, написанное генералом Александром Лузаном и адресованное лично Муссолин
«Дуче! Моя безграничная верность Вам, надеюсь, дает мне право в некоторых вещах отклониться от строгого военного протокола. Поэтому я и спешу описать вам одно событие, при котором я лично, три недели назад, присутствовал. Объезжая окружные местечки Столац, Чаплину и Любинье (между 60 и 130 км. на север от Дубровника) — узнаю от наших офицеров разведки, что усташи Павелича, в предшествюущий день, совершили какое-то преступление в одном селе (Пребиловци) и, когда об этом станет известно, местные Сербы снова будут встревожены. Мне не хватает слов описать то, что я там обнаружил. В большом школьном кабинете я застал зарезанную учительницу и 120 ее учеников! Ни один ребенок не был старше 12 лет! Преступление — неуместное и невинное слово — это превосходило всякое сумасшествие! Многим отсекли головы и расположили их на школьных лавках. Из распоротых животов усташи вытащили кишки и, как новогодние гирлянды, развесили их под потолком и гвоздями вбили в стены! Рой мух и невыносимое зловоние не позволяли здесь долго задерживаться. Я заметил початый мешок соли в углу и с ужасом установил, что их резали медленно, посыпая солью шеи! И, когда мы уходили, с задней лавки послышался детский стон. Посылаю двух солдат посмотреть, в чем дело. Вытащили одного ученика, еще был жив, дышал с наполовину рассеченным горлом! На своей машине я отвожу это бедное дитя в нашу военную больницу, приводим его в сознание и от него узнаем полную истину о трагедии.
Преступники, прежде всего, изнасиловали учительницу сербку (ее имя Стана Арнаутович) и затем убили ее перед детьми. Насиловали и девочек от восьми лет. Все это время играл насильно приведенный оркестр Цыган и бил в тамбуры! К великому стыду нашей, римской церкви — и один Божий человек, местный священник, во всем этом участвовал! Мальчик, которого мы спасли, быстро поправился. И как только затянулась рана, по нашему недосмотру сбежал из больницы и пришел в свое село, чтобы найти родственников. Мы послали за ним патруль, но безуспешно: он нашел его заколотым на пороге дома! Из тысячи с чем-то душ, в селе больше никого нет! В тот же день (это мы обнаружили позднее), когда совершено преступление в школе, усташи схватили еще 700 жителей села Пребиловци и всех их бросили в яму или зверским образом на пути к яме убили. Спаслось только около 300 мужчин: только им удалось прорвать усташский обруч вокруг села и сбежать в горы! Эти 300 выживших сильнее самой элитной дивизии Павелича! Все, что они могли потерять, они потеряли! А таких сел, как Пребиловци, полна Герцеговина, Босния, Лика, Далмация. Вырезание сербов достигло таких размеров, что в тех краях загрязнены многие водные источники. Из одного источника в Поповом поле, недалеко от ямы, в которую сброшено 4 000 Сербов, потекла красная вода, лично в этом убедился! На совесть Италии и нашей культуры падет несмываемое пятно, если, пока еще есть время, мы не дистанцируемся от усташей и не предотвратим, чтобы нам приписали поддержку их безумства!»
Письмо оставляет двойственное впечатление. С одной стороны, я не смог найти ни одного источника, подтверждающего его достоверность, из чего можно сделать вывод, что оно выдумано сербской пропагандой. С другой стороны, в нем описаны реальные события — убийство 700 жителей Пребиловцев, действительно, имело место в августе 1941 года. Что интересно, все убитые были женщинами и детьми, в то время как 300 горячих сербских мужчин спрятались в ближайшем лесу, отдав усташам на заклание свои семьи — содержимое письма в точности до деталей совпадает с имеющимися хрониками. Также имеются сведения о случившейся неподалеку в то же время некоей резне в школе, очень похожие на описанное в письме, только там говорится о разбитии о стены пятидесяти младенцев. Так что вне зависимости от того, правдиво это письмо или выдумано, все описанное, действительно, недалеко от реального положения дел.
Хорватская резня пилой
Не стоит удивляться столь сердобольной оценке итальянским фашистом, испытавшим культурный шок от наблюдения за братскими отношениями горячих южных славян. Вопреки широко распространенному мнению о зверствах второй мировой, немцы к непосредственно садизму как раз были не склонны. Немцы, как цивилизованные европейцы, более склонялись к дистанционному способу умерщвления через газ, холод, голод или расстрел. Например, трудно представить себе рядового немецкого солдата, отрезающего груди советской крестьянке или выкалывающего глаза ее ребенку. Немецкий солдат не испытывал глубокой личной неприязни к жителю оккупированной территории, т.к. никогда в жизни с ним не пересекался. Ему просто было похуй — ну вымрет пол-Ленинграда от голода, и ладно. Для того, чтобы ты стал прямо-таки военным маньяком, ты должен испытывать именно неприязненные чувства, которые формируются в ходе многолетнего соседства с накопившимся благодаря ему неподъемным грузом противоречий. И у жителей Балкан этих противоречий было в избытке, поэтому если немецкому солдату было достаточно просто застрелить противника (при этом гражданское население они чаще, все-таки, не трогали), то хорвату или сербу недостаточно было ликвидировать вражеский элемент, он испытывал глубочайшее физиологическое удовлетворение именно от его мучений.
И вновь инициатива переходит в руки сербских четников
Кстати, пусть и не с таким накалом, но это правило в той же мере относилось и к оккупированным территориям СССР. Самые лютые зверства фашистов, как известно, выпали на Беларусь. Не составляет труда раздобыть список уничтоженных со всеми жителями белорусских деревень в период оккупации. При желании можно найти и названия операций, в ходе которых уничтожались эти люди (зимнее волшебство, треугольник и т.д.), а также посмотреть, какие подразделения эти операции воплощали в жизнь. Узнав номера батальонов, можно найти и списки отдельных их членов. И каково же будет ваше удивление, когда вы обнаружите в этих списках преобладающие большинство славянских и прибалтийских имен. Например, перечень членов славящегося своими зверствами 118-го батальона шуцманшафта начинается с имени Константин Смовский. Немцы же не дураки, они руководили спецоперациями, в то время как всю грязную работу выполняли местные. И выполняли ее отнюдь не вынужденно, а с настоящим энтузиазмом: одни мстили соплеменникам за то, что после революции потеряли все (включая собственные семьи), другие — за голодомор (Украина), третьи — за оккупацию (Прибалтика). У кого-то русские партизаны сожгли хату, чтоб в ней не мог переночевать немец, после чего он с радостью начинал мстить, пополняя собой карательные батальоны, у кого-то отжали хату сталинские НКВДшники, кто-то мстил за донос. Кто-то проявлял усердие сугубо из классовых соображений, кто-то — из националистических. Но сути это не меняло: большинство историй с загонами селюков в сараи и поджиганиями воплощались в жизнь руками русских, украинцев, белорусов и прибалтов. Нелишним будет напомнить и о том, что диверсанты по типу Зои Космодемьянской уничтожали русские деревни, а потому сдавали их как правило сами русские крестьяне, Ту же Зою они хотели ее растерзать и принимали самое непосредственное участие в пытках. Считается, что Космодемьянской после смерти отрезали грудь, кто конкретно это сделал неизвестно, но я уверен, что именно крестьяне. Во всяком случае известно, что они еще долго не могли успокоиться и охаживали палками остывающий в петле труп.
Также уместно напомнить о том, что самый результативный палач второй мировой, убивший не менее тысячи русских, носил имя Антонина Макарова («Тонька-пулеметчица»). Так что большинство историй с загнанными в сарай и живьем сожженными селюками — это дело рук как раз местных коллаборантов. Я это называю «Гражданской войной 2.0», когда население, выйдя из-под контроля советской власти, стало выплескивать друг на друга те самые накопившиеся обиды. Об этом тоже будет статья. И поскольку в Югославии население было куда более диким, горным и баранорезательным, а противоречия — куда более серьезными и глубинными, то зверства местных против местных там приобрели откровенно сакральный смысл. При этом, говоря о преступлениях усташей, не следует забывать о том, что со стороны сербских четников-партизан зверства были не менее масштабными и изощренными.
По ходу войны количество расправ усташами превалировало над успехами их оппонентов на этом же поприще. Благодаря формированию сети концлагерей, насилие усташей было более результативным. Однако с падением стран оси в 45 году сербские четники полностью наверстали упущенное, за один лишь май месяц догнав усташей по количеству жертв: пиздец, который наступил в Хорватии и Словении при занятии территорий сербами, неописуем, ведь месть — это блюдо, которое подают непрожаренным, со свежей кровью. Например, Грозду Будак, дочь видного хорватского политического деятеля, распилили по вертикали ножовкой (причем пилить начали отнюдь не сверху), вырезали сердце и зажарили на вертеле.
А вот описание действий некоей сербской партизанки Мили из хорватских источников (очевидно, предвзятые, хотя… зная специфику региона — ничуть не удивлюсь) во время торжественно-победной майской резни в Кочевском Роге 45 года (тогда было выпилено ок. 12 000 человек):
«Ее собственным изобретением было т.н. "соленое усташское сердце", это когда еще живому человеку вскрывали грудную клетку и извлекали его сердце (прим. сегодня такой вид казни распространен в Латинской Америке среди наркокартелей. По невероятному стечению обстоятельств незадолго до написания статьи смотрел в интернете видеоролик из Мексики именно с этой процедурой). Другой "специализацией" Мили было забивать гвозди в голову живым людям. При этом она неизменно спрашивала у уже полумертвых от болевого шока жертв: "сумела ли я выбить из твоей головы Независимое Государство Хорватию?"
Партизанки под руководством комиссарши "Мили" садистски пытали мужчин, но еще более свирепствовали по отношению к женщинам. Они ножами убивали беременных с еще не родившимися детьми, монахинь и верующих женщин, подвергшихся многократному изнасилованию, они перед казнью связанными и голыми заставляли под звуки гармошки танцевать козарское коло и петь: "мы шлюхи, мы бляди и хорватский мусор, мы монахини, самое большое дерьмо на свете".
Юре свидетельствовал, что партизанок не требовалось уговаривать прибегнуть к пыткам. Они добровольно и с незаурядной фантазией мучили своих жертв обеих полов, прижигая им гениталии, заталкивая разнообразные предметы женщинам во влагалище, а мужчинам в анальное отверстие. Тяжело изуродованным жертвам мочились и испражнялись на раны и на лицо. Каждый новый особо зверский поступок по отношению к своей жертве на Кочевском Роге сопровождался взрывом всеобщего поощрения, публичного одобрения и ликованием преступников. (Прим.: действительно, по жестокости на войне женщины на десять световых лет опережают мужчин. Те же узники нацистских концлагерей традиционно отмечали, что самая жесть была в тех лагерях, где надзирателями были женщины. В искушенности пыток им не было равных, причем все показания свидетельствуют о том, что наиболее изощренно бабы измывались над бабами. Ярчайший пример — Ирма Грезе. Что интересно, многие подмечали у женщин-карателей одну интересную черту — они были нимфоманками, склонными к промискуитету. Судя по тому, что пишут про Грезе, ее переебло чуть ли не все СС; наша Тонька-пулеметчица страдала той же слабостью. Женскому садимзу во время войн у нас как раз будет посвящена одна из следующих статей).
Отдельная группа палачей-живодеров с навыками обвальщиков мяса, которых выделили Симо и Миля, сдирали кожу с живых людей. Эти «товарищи» имели привилегированный статус в карательном подразделении, их самих называли «специалисты», а их изуверское занятие — «специальной обработкой». Эти «специалисты» подвешивали своих жертв вниз головой на деревянные кресты и, не торопясь, снимали с них кожу с ног до головы (прим.: нечто подобное делали в отношении советских солдат афганские моджахеды, там эта процедура называлась «Красный тюльпан»). Крики, которые испускали жертвы, были аналогичны визгу животных. Таким способом, например, был убит священник Михович Лайош, которого распяли на дереве вниз головой. Его изуродовали до неузнаваемости, вставив в рот отрезанный пенис а в пах на место отрезанного пениса — распятие.
…
Множество людей в ямах были еще живы, и тогда убийцы бросали вслед им ручные гранаты. Некоторые гранаты, попавшие прямо в людей, вызывали то, что через отверстие из ямы наружу вылетали фрагменты человеческих тел и попадали прямо на людей. Вопреки всему этому, многие люди в ямах оставались живы, и из бездны доносились раздирающие душу крики о помощи и просьбы их прикончить. Легко раненые пытались самостоятельно выбраться из ямы и их приходилось, как утверждал Юре, «убивать по нескольку раз». Но все это являлось еще относительно «мягкой» частью всего ужаса. Палачи не могли удержаться от больного наслаждения пыток и мучений своих жертв.
Почти все девочки и женщины перед убийством были изнасилованы. Изнасилования были открытыми, групповыми и очень жестокими. Юре свидетельствует, что видел на Кочевском Роге и изнасилования мальчиков и взрослых мужчин. Это совершала группа мясников во главе с командиром Симо»
Сегодня в Сербии зверства хорватских усташей возвели в настоящий культ, сделав одним из столпов великосербской пропаганды, дескать, видите какие они, клятые хорватские нацисты, вот как мы несчастные натерпелись от них. Хотя количество жертв мирного населения с обеих сторон приблизительно равно и составляет по 300 000-400 000 человек.
А после войны начался долгожданный мир, но как показала история, и этот мир оказался сколь хрупок, столь и недолог… Дикарям какой мир не дай - разобьют, аки фарфоровую вазу из Китая 15 века.
Последующие части по платной подписке на бюсти (100 руб в мес) и патреон (3$ в мес). Существенная часть дальнейшего материала в российском сегменте сети впервые.
Игры в фашизм по-балкански-2
Игры в фашизм по-балкански-3
Игры в фашизм по-балкански-4
Игры в фашизм по-балкански-5
Игры в фашизм по-балкански-6
Игры в фашизм по-балкански-7
Игры в фашизм по-балкански-8
Игры в фашизм по-балкански-9
Игры в фашизм по-балкански-10
Игры в фашизм по-балкански-11
Игры в фашизм по-балкански-12
Игры в фашизм по-балкански 13 и 14
Игры в фашизм по-балкански - 2.
Игры в фашизм по балкански-3
Игры в фашизм по-балкански - 4.
Игры в фашизм по-балкански - 5.
Игры в фашизм по-балкански - 6
Игры в фашизм по-балкански - 7.
Игры в фашизм по-балкански - 8: Косово. Начало.
Игры в фашизм по-балкански-9: грустная история албанского социализма Игры в фашизм по-балкански-10.
Игры в фашизм по-балкански-11: история одного Человека
Игры в фашизм по-балкански-12
Игры в фашизм по-балкански 13 и 14